2016-09-01T19:16:14+03:00

Люди второго сорта: почему власть пренебрегает интересами тех, кто живет в деревне

Люди второго сорта: почему власть пренебрегает интересами тех, кто живет в деревнеЛюди второго сорта: почему власть пренебрегает интересами тех, кто живет в деревне

Обсуждаем в эфире программы «Гражданская оборона» на Радио «Комсомольская правда» [аудио]

Люди второго сорта: почему власть пренебрегает интересами тех, кто живет в деревне

00:00
00:00

Ворсобин:

- У микрофона обозреватель «Комсомолки» Владимир Ворсобин. Сегодня тема у нас будет деревенская, но грустная. Почему власть пренебрегает интересами тех, кто живет в деревне? Почему власть делает сельчан людьми второго сорта? Эта тема не просто взята с потолка. Мы будем говорить о конкретной истории, которая произошла в Волоколамском районе Московской области.

Ко мне в эфир буквально ворвался Евгений Арсюхин, журналист «Комсомольской правды» с этой историей, которая его перепахала. И, честно говоря, перепахала и меня тоже. Женя, расскажи историю, связанную с дорогами нашими.

Арсюхин:

- Давайте еще представим. У нас в студии Константин Крохмаль, руководитель-администратор общественного проекта «Обеспечение безопасности дорожного движения», потому что будем говорить о дорогах, но, думаю, дорогами все не ограничится. На самом деле, будем говорить сегодня о коррупции.

Итак, деревня Буйгород. Некогда крайне населенная, там несколько сотен человек жило в 70-е годы. Сейчас там живет 11 человек. Почему? Потому что это, несмотря на то, что это два часа езды от Москвы, это другой мир. Это место, куда никогда не было дороги. Последние три километра представляли из себя топь.

Волоколамский район. Не какая-нибудь дальняя Сибирь, не крайний Север. Переписывались местные жители с волоколамскими властями. Они входят в Кашинской сельское поселение. Переписывались с Кашинским сельским поселением. Плюнули на все! Написали письмо Владимиру Владимировичу Путину об этом несчастных трех километрах. Поставили в копию Воробьеву, губернатору Московской области, главу администрации Волоколамска, главу администрации Кашинского сельского поселения.

Я не думаю, что в администрации президента России это письмо читали, но вот эти ребята внизу волоколамский и в Кашино, они перепугались и сказали: давайте-ка мы им дорогу построим. И они построили эти три километра. Но, знаешь, построили из серии нате подавитесь. Они довели ее до границы села едва и дорога так себе. После чего бросили.

В итоге что было, то и есть. «Скорая» проехать не может. Пожарная охрана не может. Недавно там скончалась бабка. К бабке никто не приехал. И, собственно, она и позвонить не могла, там мобильная связь плохо берет. Короче говоря, она просто лежала, знаешь, как в фильмах ужасов показывают.

Я напоминаю, это два часа от Москвы ехать. И все вот эти ужасы происходят.

Давайте послушаем. У нас есть запись разговора с местным активистом Владимиром Рыковым из деревни Буйгород. Давайте узнаем о его борьбе.

Рыков:

- Дорога, которую построили, до деревни – это одно. А в деревне вообще дорог не было и нет. Да, она построена некачественно. Первая половина, особенно после дождя, сложно ехать. Там сплошные ямы.

В ответе, по-моему, Козловой Натальи написано, что в 20-м году будет произведен ремонт дороги. Была прерогатива Кашина, администрации. Это было обещание где-то в 28-м году. Но по информации, как я разговаривал с Фрегондовым, главой администрации, он сказал, что сейчас район забрал у них эту функцию. Пока конкретно не могу сказать, потому что мы в район по поводу дороги не обращались.

Ворсобин:

- Это был житель деревни Буйгород Владимир Васильевич Рыков. Получается, два часа от Москвы деревня, где в двадцать первом веке нет дороги вообще. И там умирают люди от того, что туда просто не может проехать ни «Скорая», ни, не дай бог, пожар.

Арсюхин:

- Там горят, не дай бог. Что интересно, Владимир Рыков упомянул, что они в Волоколамск боятся сунуться. Мы, «Комсомольская правда», неделю осаждали администрацию Волоколамского района. Неделю! Чтобы хоть кто-то нам что-то сказал про эту деревню. Выяснилось, что те телефоны, которые на сайте Волоколамского района, они ни один не работают, не отвечают. Мы добились разговора с Юрием Зятевым, зам. начальника управления коммунального хозяйства и градостроительства администрации. Он категорически отказался приезжать сюда, категорически отказался выходить в эфир по телефону. Но вот что он нам сказал. Давайте послушаем:

- Данная дорога является муниципальной собственностью. Мы сделали смету. И в 2012 году приступили к работе. Делали сначала часть дороги, в 13-й год планировали сделать вторую часть дороги. В связи с тем, что конкурс не состоялся, работу пришлось отложить на 14-й год. В 14-м году работа была завершена. В результате проведенных работ в настоящее время сейчас там уложено нормальное дорожное основание, уложена крошка сверху асфальта бетонная. И по этой дороге можно спокойно ездить на легковом автомобиле.

Почему на качество жалуются люди? Потому что был большой разрыв между работами. И были жалобы на содержание. Мы выполнили свои обязательства по содержанию, кстати, уже в этом году. У нас есть намерения по улучшению основания. Хотим бетонную крошку перевести в твердое основание, то есть, год или два эту дорогу планируем сделать с твердым основанием.

По 31-му федеральному закону есть разграничение полномочий. До населенного пункта зона ответственности так называемая относится к администрации Волоколамского муниципального района. По населенному пункту зона ответственности принадлежит администрации сельского поселения Кашинское. Это разные бюджеты. Мы свою часть дороги выполнили. Другую часть по населенному пункту должны закладывать администрация сельского поселения Кашинское.

Ворсобин:

- Это была попытка объяснить ситуацию со стороны администрации Волоколамского района.

Арсюхин:

- Я только две фразы вставлю. Просто Юрий Вячеславович Зятев держит, наверное, журналистов «Комсомолки» за дураков. Дело в том, что я видел строительство дороги до того, как жители написали Путину. Выглядело это так: это был забубенный какой-то трактор и два азербайджанца, которые просто перемешивали грязь. Вот чем занимался Волоколамский район до того, как.

Константин, давайте!

Крохмаль:

- Да. Понимаете, такая чудовищная ситуация! Я могу сейчас всем сказать. Сейчас наши слушатели, кто едет на машине, остановитесь. Ситуация чудовищная. У нас все делают вот эти товарищи. Есть такая русская пословица: да отвяжись! Только, может, грубее. Вот они делают именно все формально.

Дело в том, что по бумагам, самое парадоксальное, вы сейчас подняли такой пласт, который Россию ставит в состоянии голой правды. Дело в том, что формально он прав. Понимаете, он приводит 31-й федеральный закон: они обязаны делать только до какого-то момента и все. По бумаге он делает все нормально. Ему наплевать.

Арсюхин:

- Ему наплевать. Это главное.

Ворсобин:

- Мы созвонились с администрацией Волоколамского района. Нам сказали, что деньги, в общем-то, есть. Но их мало. Всего лишь 3 миллиона рублей. И, дескать, есть деревни и побольше. Туда бы кинуть деньги, но их тоже нет. Такой порочный круг.

У нас много звонков. Слушаем вас!

- Здравствуйте! Челябинская область, Никольский район, село Александровка. 56 километров от…

Ворсобин:

- Со связью что-то!

Арсюхин:

- Там еще и связи нет. Там ничего нет!

Крохмаль:

- Уже понятно, что наш уважаемый слушатель дождался. Его услышала страна. Но то, что он не сказал, скажу я. Челябинск. Любой город в России, который находится в 100-150 километрах от областного центра, районные города и далее, они все имеют типичную проблему. Это как калька. То, что вы сейчас подняли, вот этот пласт с Волоколамского района, там фашистов не пускали! Там надо в первую очередь все сделать! Там деревня Крюково. С кровью эта земля! Почему нельзя сделать так, чтобы было все нормально?

Ворсобин:

- Есть у них три миллиона рублей. У дорожников. Для дорожников три миллиона это как для нас пять копеек, на самом деле. Потому что на эти деньги дорогу не построишь.

Крохмаль:

- Абсолютно точно!

Ворсобин:

- Что делать? У них мало денег.

Крохмаль:

- Знаете, я был с инспекцией в Туле. Только вчера ночью приехал. Там в такси дают сдачу рублями: три, пять и так далее. Там не как в Москве. Там дают. И считают каждую копейку. Там знают, сколько стоит килограмм яблок до копейки. А в деревне рубль – это как валюта. Как доллары для Абрамовича.

В деревне три миллиона рублей… Представьте для районного центра три миллиона рублей, когда там копейки. Там несколько лет назад я проезжал какую-то деревню. Там местные брали подпольную водку по 10 рублей. Я не могу понять, откуда она. Для них каждая копейка… 50 копеек, 10 копеек для них деньги.

За три миллиона можно эту деревню полностью автобаном сделать. Там дешевая рабочая сила, рядом вся инфраструктура. И стоимость вот этих вот дорог не более трехсот тысяч рублей! И эти слова: три миллиона слишком мало и так далее, это говорят…

Ворсобин:

- Какая дешевая сила? Вы говорите о гастарбайтерах? Кто будет делать дорогу, где живет 10 стариков?

Крохмаль:

- Эту дорогу сделали кто? Трактор и два узбека, хороших южных парня. Прекрасных. Я не думаю, что они стоят 3 миллиона рублей.

Разговор здесь должен идти совершенно по-другому. Вот эти чиновники, они пропитаны коррупционным запахом Москвы! Они по московским меркам живут в своих районах и в деревнях. Они приезжают туда вот такие бояре! И все! И начинают говорить: это много, это мало.

Пускай поживет в деревне своей, пускай получает зарплату 18 или 20 тысяч рублей. Корова и так далее, занимается этим. И он тогда поймет, что дорога для них – это как нормальные кровеносные сосуды, которые работают для организма. Она жизненно необходима.

А формально они сделали правильно. Они сделали до деревни, а дальше, ребята муниципальные, сами делайте. А откуда брать муниципальным? Они всегда могут потратить их на другие нужды. И поэтому когда наш президент на прямой линии сказал, что, ребята, давайте окрашивать деньги, и у нас началось то, что сейчас вы видите. Начали заниматься. Но там почему-то деньги до сих пор не окрашивают.

Ворсобин:

- Евгений, в администрации говорят: а почему они нам не сделали заявку на деньги? Мы ничего не знаем.

Арсюхин:

- У Владимира Рыкова гигантский архив документов и переписки с районом. Волоколамский район знает об этой проблеме, потому что лично Владимир Рыков провертел им в одном месте дырку.

Если они не дают этой бюджетной заявки, следовательно, они не видят тут коррупционной личной составляющей, могу я предположить. Потому что объемы работ небольшие, откат с них, наверное, небольшой. Тут даже вот… Константин сказал, что триста тысяч рублей. Если бы им было не все равно, они бы забесплатно пригнали бы в деревню три камаза с отработанным асфальтом, высыпали его и все.

Ворсобин:

- Похоже, все равно.

Арсюхин:

- Но им неинтересно. Потому что тут нет коррупционной составляющей.

Ворсобин:

- Давайте послушаем очевидца. Заместитель главы сельского поселения Кашинское Петра Викторовича Гуменкова.

- В населенных пунктах дороги были у нас, в администрации сельского поселения. У нас существует собственная программа по ремонту дорог внутри населенных пунктов. Она принята давно и действует, там расписано до 28-го года. Буйгород у нас в этой программе на 22-й год запланирован. Почему такое ранжирование? Потому что депутаты у нас выбирают по количеству проживающих и ясно, что населенные пункты, где проживают 800 человек, 600 человек, мы будем там делать в первую очередь, нежели где у нас проживает пять-пятнадцать человек постоянно.

Наш бюджет ограничен в этом случае. Выйти на деревню Буйгород, где практически нет дорожной одежды, нет подложки, там грунтовая дорога накатанная. Там нет ни щебня, ни кювета, ничего. То есть, заходить совсем с другим бюджетом.

Готовим проекты и готовим программы, а они у нас утверждают бюджет. А мы, как исполнительный орган, уже принимаем данную программу, утверждаем.

Ворсобин:

- Вот еще одна версия. Хотите прокомментировать?

Крохмаль:

- Я думаю, слушатели попадали, услышав, что у него, у Гуменкова, до 28-го года план по дорогам. Если у него до 28-го года, представляете, он знает, какие дороги будет делать. Почему он не сделаем в первую очередь вот это. У меня здесь плана нет на ближайшие восемь лет, у него до 28-го года!

Ворсобин:

- Во время кризиса, причем. Наш слушатель пишет: «Почему слова Путина не обсудите? Если у вас нет дорог, зачем вам машина? Ходите пешком».

Сергей, слушаем вас!

- Здравствуйте! Я вам хотел рассказать про село Золотое в 25 километрах от трассы Волгоград-Самара. В прошлом году при участии губернатора сделали дорогу. На сегодняшний день этой дороги опять нет, потому что разработали кучу карьеров в районе села и возят оттуда песок, гравий. А машины шестидесятитонники! Всю дорогу убили просто! Вломили туда деньги, отремонтировали в прошлом году. В этом году нет дороги.

Ворсобин:

- Спасибо.

Крохмаль:

- У вас село Золотое. Оно золотое, действительно! Тратится куча денег. Почему у вас дороги плохие? Потому что бесконтрольно тратится золото, вкапывается в ваши дороги. Если бы этого чиновника взяли и посадили бы, конфисковали все, что сейчас, надеюсь, придет, думаю, хватило бы меньше денег на то, чтобы вы ездили прекрасно до 28-го года.

Арсюхин:

- Смс: «А в Краснодаре застроен жилой микрорайон «Музыкальный». Дорог нет. Администрация говорит, что здесь и домов не должно быть! Но многоэтажки строятся. Администрация делает вид, что не замечает».

Ворсобин:

- Женя, а если вернуться к деревне в Волоколамском районе. А что ты предлагаешь сделать, во-первых, с теми исполнителями, которые не построили дорогу? Их уволить? Как государство может этим манипулировать?

Арсюхин:

- Я думаю, что государство, власть, если ей не все равно, должна всех этих чиновников поубирать. И правительство Московской области должно тут не перебрасываться с «Комсомольской правдой» отписками, типа, мы в эфир не выйдем, а должно навести порядок в Волоколамске.

Крохмаль:

- И тотальная проверка!

Арсюхин:

- Да! В прошлые выходные, когда я был в Буйгороде, полиция очень интересовалась деревней, потому что там искали, кто видел покойника. Нашли неопознанный труп. И полиция туда приехала. На моих глазах она не смогла заехать в деревню. После чего полицейские завернули свои брюки, и пошли по деревне пешком. Деревня немаленькая: около двух километров в длину. И они пошли опрашивать людей.

Уазик не смог въехать в деревню.

Ворсобин:

- И эта деревня находится в двухстах километрах от Москвы!

Арсюхин:

- Каких двухстах? В ста!

Ворсобин:

- У нас на связи житель деревни Буйгород Артем Любимов.

Арсюхин:

- Он не житель. Артем, вы из Волоколамска?

- Здравствуйте!

Арсюхин:

- Вы же проводили митинг против коррупции в Волоколамске?

- Да. И не один.

Арсюхин:

- Расскажите в двух словах, какая ситуация с мздоимством в этом чудесном экологически чистом районе.

- У нас, к сожалению, в 14-м году пришел к власти новый глава района Евгений Гаврилов, который ранее был первым заместителем главы Рузского района. Он вместе с собой привел команду из Рузы, уволил всех местных чиновников. И с тех пор у нас в районе дороги стали намного хуже, чем они были раньше.

Если говорить про Буйгород конкретно, могу сказать, что несколько лет назад благодаря усилиям главы сельского поселения Кашинское, в границах которой деревня Буйгород находится, была сделана дорога непосредственно до деревни. Было много очень обращений жителей деревни Буйгород. И к президенту Российской Федерации, к губернатору Воробьеву. И только после этого сделали дорогу до деревни.

К сожалению, после этого полномочия бюджетные забрали с поселения на уровень муниципального района. И у поселения теперь просто нет денег, чтобы сделать дорогу непосредственно внутри поселения, после чего и возникают ситуации, о которых вы говорите.

Арсюхин:

- Артем, а что делать? Вы ситуацию в районе держите, что называется, руку на пульсе. Что там надо сделать?

- В первую очередь нужно убрать корумпированного главу района Евгения Гаврилова. Как только это произойдет, думаю, что все у нас наладится. И передать обратно полномочие бюджетные с уровня района на уровень сельских поселений. Сейчас было смешно, когда у нас даже адрес в деревне Буйгород, в любой другой деревне Московской области должен присваиваться правительством области из Красногорска. Как будто им лучше видно, что нужно делать в деревне. Конечно, это не так.

Арсюхин:

- Спасибо.

Крохмаль:

- Я уверен, что сейчас все руководство района приникло ухом к радиоприемнику. И слушают с миллионами россиян именно вот эту программу. Думаю, этот звоночек для вас, уважаемые господа, это уже не петух клюнул. Потому что следующий вид из окна у вас будет как здесь: только здесь решетки большие, а там будут маленькие.

Арсюхин:

- Друзья мои волоколамские, не совсем друзья, а чиновники, вы, конечно, люди бедовые, потому что перед выборами иметь такую ситуацию взрывоопасную, думаете, ее никто не заметит? Вы думаете, 11 человек. Друзья мои, нельзя так плевать на свой народ. Вы думаете, что вот сейчас пройдут выборы, мы как-нибудь что-нибудь сделаем, кто надо победит, кто надо пройдет. Немножко не прокатывает это. Мне кажется, Владимиру Владимировичу Путину все это надоело, что творится на России-матушке. Мне кажется, что вы очень сильно рискуете.

Ворсобин:

- Кстати, только что пришла новость. Министр здравоохранения Вероника Скворцова заявила, что большая проблема – недоступность деревень для «Скорой помощи». Поэтому планируется чаще задействовать вертолеты.

Крохмаль:

- По-моему, она сказала, не планируется, а надо делать. Советовать мы все можем. Ну, делайте, господа! Вся Россия подняла руки. Делайте, чтобы вертолеты летали, и наплевать на эти плохие дороги. Но когда будут вертолеты?

Ворсобин:

- Дмитрий, слушаем вас!

- Да я насчет… Добрый вечер! У меня звонок сорвался. Я из Челябинской области. Деревня Александровка.

Ворсобин:

- Да, это были вы.

- Смотрите. Эти все дороги, в основном это все зависит от воли руководства. Президента, губернаторов, чиновников.

Крохмаль:

- Причем тут президент? Вы все на президента! Думаете, ему заниматься нечем? У него страна огромная!

- У нас был губернатором с 10-го года по 13-й год Юревич. Когда он был, семь миллиардов на дорожную революцию выделяли. Все деньги, начиная от армян, азербайджанцев, узбеков и таджиков, все было разбазарено. Теперь пришел Дубровский с Магнитогорска. Ему выделяют денег, имею в виду федеральные деньги, 970 миллионов рублей. И 970 миллионов тоже не осваиваются как положено. Потому что работают люди только из Магнитогорска: приезжают вахтовым методом. По всей Челябинской области 970 миллионов разматывают.

Я не в том смысле претензий к президенту. Да дело в том, что Юревич сейчас в Москве укрылся, в Думе сидит. Все его замы посажены.

Крохмаль:

- Есть такая хорошая русская пословица: на самую большую рыбу всегда найдется рыба побольше. Дело в том, я посоветовал бы обращаться к нашему Воробьеву, губернатору Московской области. Не надо забывать этого.

Ворсобин:

- Челобитные писать, да.

Крохмаль:

- Просить, требовать и так далее! И вам то же самое!

Арсюхин:

- Переходя к конкретике. Запись этого эфира, раз у нас есть одна власть в стране – это Владимир Владимирович Путин, я передаю прямо завтра, собственно, в администрацию президента. В Общественную приемную.

Ворсобин:

- И так победим!

Арсюхин:

- И так победим! А что делать?

Ворсобин:

- Владимир, слушаем вас!

- Добрый день! Говорили про Золотое село. Там хотя бы как-то делаются дороги. Аркадакский район – это просто тихий ужас!

Ворсобин:

- А это где?

- Саратовская область. Это там, где тридцать лет дорог нет. Села отрезаны полностью. Грачевка, порядка четырех-пяти. Ни автобусы, ничего.

Ворсобин:

- А что власти говорят?

- А власти говорят, что денег нет.

Крохмаль:

- Вот сейчас, когда вы будете выбирать своих товарищей, вы первое поставьте – чтобы были нормальные дороги. Дойдет и до вас цивилизация. Начало положено! Всколыхнули Россию! Главное – требуйте, звоните, обращайтесь в СМИ. Говорите, чтобы чиновник выполнял свои обязательства.

Ворсобин:

- У нас сейчас звонок от врачей, которые не могут пробиться к деревням из-за плохих дорог. Валерий, слушаем вас! Вы врач-реаниматолог?

- Здравствуйте! Я по долгу службы с 86-го года… Это называлось тогда санавиацией. Реально ничего не получится ни с вертолетами, ни с самолетами, потому что очень дорого стоит эта аренда. И прекратилось все это еще в середине 90-х.

Ворсобин:

- А как быть сейчас с такими дорогами? Как врачи это все переносят?

- Я вам одно могу сказать. Например, в Челябинской области, как бы ее хаяли или не хаяли, все более или менее. Но то, что нереально, что говорит госпожа министр здравоохранения – организовать эти перелеты, да, может, из Москвы в Челябинск или тому подобное. Это сообщения прямые. Аэропорты хорошие. Но то, что сейчас аэропортов в райцентрах-то ведь нет!

Крохмаль:

- Вы не совсем правы. Сейчас наверху тоже людей глупых нет. Наверху ни одного глупого человека я не встретил. Сейчас проводится программа по развитию малой авиации в труднодоступных местах. Сибирь и так далее. Посчитали, что чем, например, каждый год перекладывать асфальт, восстанавливать заново, проще сделать малую авиацию. Сделать мобильные центры. И президент даже об этом говорил. Вот это сейчас и будет делаться. Я считаю, что это пойдет.

Арсюхин:

- Но сто километров от МКАДа! На вертолете! Это смешно!

Крохмаль:

- Это чудовищно просто!

Ворсобин:

- Наш слушатель пишет: «Нужно контролировать дороги после ремонта. Очень просто забуриться и вытащить на пробу». Такие квадратики есть…

Крохмаль:

- Молодцы! А у финнов кружочки.

Ворсобин:

- Видимо, мэры забывают контролировать.

Арсюхин:

- Ничего. Я совершенно серьезно еще раз повторяю: весь этот эфир, запись, будет передана в администрацию президента. Посмотрим, что это даст. А я уверен, что это даст.

Ворсобин:

- И когда даст?

Крохмаль:

- И Воробьеву обязательно!

Арсюхин:

- И копию товарищу Воробьеву, представители которого не захотели сюда приходить.

Ворсобин:

- Будем следить за этой историей. Точно ее не бросим. Посмотрим, что изменится в этой недалекой от Москвы деревне.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ