2016-07-14T10:30:19+03:00

Актриса Дарья Екамасова: «Слава богу, что я не стала полицейским!»

Исполнительница главной роли в фильме «Жила-была одна баба» – о любви к милицейской форме, учебе в музыкальном училище, закалке на съемках, участии в «Жестоких играх» и дружбе между мужчиной и женщиной

00:00
00:00

В прямом эфире радио КП актриса театра и кино Дарья Екамасова рассказывает ведущему Арташесу Антоняну, как поступала к Пороховщикову вместе с мальчиками.

Антонян:

- У нас в гостях сегодня прекрасная актриса театра и кино Дарья Екамасова. Насколько плотный сейчас график у вас?

Екамасова:

- Не особо плотный, а просто очень много переездов, перелетов. А что касается работы, я сейчас практически свободна. У меня, можно сказать, отпуск сейчас.

Антонян:

- Заслуженный?

Екамасова:

- Не совсем. Но думаю летом провести неделю на море.

Антонян:

- Не густо. Давайте, наверное, вернемся к истокам, к вашему детству. Каким оно было и что было в этом детстве? Вот ваша семья любит музыку, вы тоже начинали как музыкант, если информационные источники не обманывают.

Екамасова:

- Совершенно верно, у меня практически вся семья занималась музыкой, все играли на фортепиано и мечтали, что я продолжу как-то их традицию и пойду дальше. То есть, меня решили отправить в музыкальное училище. Но в 9-м классе я твердо решила, что я буду поступать в высшую школу милиции и буду детективом.

Антонян:

- Что вам помешало сейчас быть в рядах нашей доблестной теперь уже полиции?

Екамасова:

- На самом деле, слава богу, что я не стала полицейским.

Антонян:

- А как скоро вы это поняли?

Екамасова:

- Как-то все само собой сложилось. Родители сначала были очень против. После девятого класса они просто насильно заставили меня поступить в музыкальное училище, не дав мне перевестись в юридический колледж после школы.

Антонян:

- А откуда у красивой, музыкальной девушки желание пойти в милицию?

Екамасова:

- Опять же в основе лежит музыка. Потому, что, когда я ездила на автобусе в музыкалку, рядом с ней находилась высшая школа милиции и я постоянно наблюдала красивых девушек и ребят в форме, в фуражке. И это для меня настолько было обворожительно и феерично…

Антонян:

- Родители, видимо, не разделили вот эту любовь к форме. А что-то еще, кроме формы, привлекало?

Екамасова:

- Меня привлекало здание, я себе придумала, как будет проходить учеба, я думала, что вот я приду и сразу начну расследовать всякие убийства, похищения, буду всех спасать и т.д. Какое-то вот это все на уровне детективов и интуиции какой-то - подсознательное фантазерство и воображение. Но, слава богу, что меня остановили и я очень рада, что я закончила музыкальное училище.

Антонян:

- А как долго вы пережили то, что пришлось не в милицию идти, а какими-то другими вещами заниматься?

Екамасова:

- Я даже в 14 лет ушла из дома… Мои родители не могли это понять. Особенно бабушка с дедушкой, которые всю жизнь занимались физикой… Нет, сейчас бы я очень хотела бы сыграть какую-нибудь гаишницу или…

Антонян:

- Роль детектива?

Екамасова:

- Ну да, но именно гаишницу, чтобы у меня было поменьше проблем с гаишниками, чтобы они меня узнавали и отпускали.

Антонян:

- А вы лихачите?

Екамасова:

- Ну, да, я люблю скорость…

Антонян:

- Хорошо, давайте к музыке. Вы отказались от идеи стать великим сыщиком или человеком, который будет в погонах, и сосредоточились на музыке тогда.

Екамасова:

- Да, я поступила в музыкальное училище. И как-то началась, можно сказать, такая взрослая жизнь, потому что все были после девятого класса или вот только-только окончив школу, но мы все были уже студентами. Параллельно я училась в вечерней школе. Я погрузилась в этот мир студенчества, общежития, потому что у меня практически все были приезжие друзья. И как-то началась такая интересная взрослая жизнь, - творческая. И, конечно, меня посетило вдохновение. Впервые я попала в театр, я познакомилась с друзьями-театралами, которые учились в театральном и они меня отвели на спектакль. Можно сказать, тогда я и загорелась театром, стала посещать каждые выходные…

Антонян:

- То есть, в ваших пристрастиях прибавилось, да…

Екамасова:

- Да, я как-то в детстве достаточно равнодушна к этому всему была.

Антонян:

- Вы участвовали в детстве в самодеятельности? Там КВНы, театральные постановки, еще что-нибудь?

Екамасова:

- Я в детском садике играла Снегурочку, а в школе играла Бабу Ягу. Ну, каких-то школьных постановок у нас было достаточно мало, если честно признаться. Были постоянно какие-то концерты и я все время аккомпанировала, так как я единственная, кто играл на инструменте. Уже учась в музыкальном училище, я пошла в театральную студию при ДК «Меридиан» и там вот как раз были уже какие-то и более серьезные постановки, и литературные вечера.

Антонян:

- Как вы вовлеклись в этот процесс? Откуда у вас вообще возникла идея поступать в ГИТИС?

Екамасова:

- Я начала сниматься на первом курсе музыкального училища и снялись в массовке в клипе Валерия Меладзе «Рассветная». Там мне уже одна женщина посоветовала отнести фото на Мосфильм. Я там не без приключений отнесла их и попала в детскую массовку. И вот одна ассистентка по актерам, когда искала девочку на роль в фильме «Спартак и Калашников», она пошла искать именно не профессиональных актрис, потому что нужна была молодая девушка и она увидела мою единственную фотографию, которую я туда принесла, потому что я была с ружьем и с веслом… И меня пригласили вот на эту роль, я прошла пробы и, собственно говоря, начала сниматься, потому что потом меня Прошкин снял в следующей картине – «Игры мотыльков» - это, я уже считаю, что была моя прямо такая серьезная работа, где я что-то придумывала и мне казалось, что там был какой-то образ. Но, собственно говоря, в театральный поступать я стала…

Антонян:

- В каком году? Вот эта история – она растянулась на пять лет.

Екамасова:

- Да, это началось в 2001 году, когда я поехала впервые на кинофестиваль в «Артеке». Мы повезли туда «Спартак и Калашников» и там один артист посоветовал мне поступать в театральный институт. На следующее утро я проснулась и побежала играть этого артиста, чтобы сказать – да, я буду поступать. И вернувшись с фестиваля, я даже побежала на какие-то прослушивания, которые были… Но было уже начало лета и конкурс уже шел, тура практически не было и я, естественно, пролетела. Но я дала себе слово, что когда-нибудь я в театре с этим артистом даже сыграю.

Антонян:

- Случилось?

Екамасова:

- Нет пока еще.

Антонян:

- Ну, ваша карьера сейчас набирает обороты, так что все может быть. А этот актер еще действует?

Екамасова:

- Да, я только недавно его встретила. Я десять лет его вообще нигде не видела. И вот буквально недавно я его встретила в каком-то кафе и он меня даже не узнал, хотя мне хотелось подойти и сказать спасибо ему, потому что я считаю, что все эти роли в кино и вообще все, что у меня в жизни произошло, это произошло благодаря тому разговору, потому что, если бы я не стала поступать в театральное, моя жизнь, наверное, по-другому как-то сложилась.

Антонян:

- Даша, вы пять лет поступали в ГИТИС, не было ли желания на третьем или на четвертом круге сойти с этой карусели?

Екамасова:

- У меня практически каждый раз было такое желание.

Антонян:

- А что заставляло двигаться? Я смотрел «Жестокие игры» с вашим участием. Вот тот же самый принцип? По-хорошему спортивный?

Екамасова:

- Ну да. Это все равно, что ты едешь в электричке на дачу и на полпути выходишь и едешь обратно в душную Москву. Я как-то не привыкла останавливаться, хотя я жуткая лентяйка.

Антонян:

- Решили доехать?

Екамасова:

- Ну да. Причем, у меня уже параллельно стали там какие-то роли в кино появляться и мне сказали, что для того, чтобы играть в театре, нужен диплом.

Антонян:

- А вам не хотелось бы что-нибудь попроще взять? Ну, может, не ГИТИС, а какие-нибудь другие училища?

Екамасова:

- А я везде поступала. И во ВГИК, и в Щуку, и в Щепку.

Антонян:

- А брали?

Екамасова:

- Ну, первые три года вообще получалось так, что у меня весной были съемки, которые переходили в лето и я все время приходила, когда уже буквально в последний день… Сейчас я уже понимаю, что, в принципе, в начале июня уже курс сформирован и уже понятно, кто будет учиться…

Антонян:

- А насколько вызывающе себя вела Даша Екамасова? Она кричала – возьмите меня, посмотрите меня? Или вы уже сейчас такая спокойная, уравновешенная? Тогда то же самое было?

Екамасова:

- Наверное, если бы я была поактивнее, а активной я стала только тогда, когда мне исполнилось 20-21 год, когда я пришла в Щепку, и мне сказали, что я уже старая, я просто в шоке поехала домой… Причем, так получилось, что я пошла даже на подготовительные курсы в Щепку и два занятия я туда честно отходила и уехала вот как раз к Прошкину на съемки «Игры мотыльков». И мне педагоги, которые у нас на курсе преподавали, говорили – Даш, у тебя проблем не будет, ты поступишь сто процентов, главное, когда вернешься, найди меня, сказала мне одна женщина и я, вернувшись в Москву, побежала скорее в Щепку и узнала, что эта женщина умерла. И я пошла со всеми поступать на первый тур, на прослушивание и там мне сказали – вам уже поздно поступать, вы уже старая для нас.

Антонян:

- Но, тем не менее, вы продолжили добиваться своей цели?

Екамасова:

- Да, да, да. Я поступила сначала, мне пришло письмо из российско-американской академии Сергея Мелконяна. Это была такая забавная история, собственно говоря, основы я получила там. У нас школа комедии дель-арта была…

Антонян:

- Вам пришлось уехать?

Екамасова:

- Нет, это здесь было, в Москве. Причем, в какой-то момент даже такой кочевный институт был, мы постоянно переезжали с места на место, где-то мы делали собственноручный ремонт вместо учебы… Мелконян у нас там сам лично преподавал и очень много интересного нам рассказал. Но мне хотелось чего-то большего. Мне очень хотелось в ГИТИС, потому что у каждой актрисы, у каждой девочки в голове крутится это название. Это уже какая-то классика. И ко мне приехала погостить девочка, которая играла главную роль в фильме «Сестры» у Сергея Бодрова – Катя Горина – и она попала на нелегкий мой путь в определенный момент, я опять пошла штудировать уже институты и везде пролетев, думаю – ну, значит, все. И мы с ней стояли около ГИТИСа как раз и был добор мальчиков на второй курс к Пороховщикову. И я говорю – ну, что, пойти с мальчиками? Она говорит – да, иди с мальчиками, неужели ты сейчас опустишь руки. А я в тот момент решила, что уже все…

Антонян:

- То есть, в какой-то момент показалось, что до дачи вы не доедете?

Екамасова:

- Ну да, в какой-то момент я подумала – все, я буду сниматься в кино и работать в музыкальной школе. Ну, знаете, такой какой-то юношеский максимализм сыграл в определенный момент, на что мне Катя сказала – давай-ка попробуй с мальчиками пойти. И я пошла с ребятами.

Антонян:

- Как мальчики вас приняли?

Екамасова:

- Ну, там в основном пришли девочки поступать… И, собственно говоря, я поступила в тот момент.

Антонян:

- Вот этот момент вы можете описать?

Екамасова:

- Я достаточно спокойно к этому отнеслась, я приняла это как должное.

Антонян:

- Вы о поступлении узнали прямо там? Вам сказали – Дарья, мы вас поздравляем…

Екамасова:

- По-моему, да, по-моему, был какой-то общий конкурс в определенный момент…

Антонян:

- Зачитали список счастливчиков?

Екамасова:

- Да, по-моему, был список какой-то. Я позвонила сразу маме, бабушке… Но, честно говоря, то, что я ждала от ГИТИСа, - я ожидала большего, честно говоря.

Антонян:

- Может быть, к тому моменту, пока вы свою пятилетку прошли, вы уже всему обучились и в ГИТИСе вам надо было только диплом получить?

Екамасова:

- Мне хотелось процесса, мне хотелось репетиций по ночам, хотелось что-то придумывать. Но именно вот этого процесса, которого я насмотрелась во время поступления, на всех вот этих студентов, которые бегали и организовывали абитуриентов, и то, что мне рассказывали взрослые актеры на площадке… хотя многие говорили – Даш, не надо театра, не стоит, не влезай во всю эту кашу, тем не менее, я влезла и оказалось, что на тот момент как-то… может быть, потому, что все хотели в основном сниматься и пришли в театральное, чтобы устроить себе карьеру…

Антонян:

- А у вас не было желания сценаристом, режиссером быть?

Екамасова:

- У меня уже давнее желание быть режиссером, я хочу уже даже поступать на режиссуру, но мне хочется еще немного как-то созреть для этого, потому что все-таки режиссер – это профессия, мне кажется, намного серьезнее, чем актер.

Антонян:

- Раз уж мы режиссеров вспомнили, назовите, какие режиссеры вас восхищают? Просто фамилии.

Екамасова:

- Прошкин, Смирнов, Хлебников, Федорченко, Лебедев. Все режиссеры, у которых я снималась.

Антонян:

- А если говорить о зарубежных?

Екамасова:

- Даррен Аронофски, Вуди Аллен, Роберт де Ниро.

Антонян:

- И все эти люди вас восхищают и дополнительные силы появляются стремиться к режиссерству и у вас?

Екамасова:

- Да.

Антонян:

- Даша, вот есть история, которую вы освежили в памяти своих поклонников, со сцены получая награду «Ника», совершенно заслуженную. Вручал ее Золотовицкий Игорь Яковлевич. Вы сказали, что я дважды к вам поступала, а вы меня не принимали… Что за история, можете ее рассказать?

Екамасова:

- Да, произошла такая ирония судьбы. Я поступала к Золотовицкому во МХАТ два раза. В первый год, а потом через четыре года, когда он уже следующий курс набирал.

Антонян:

- Вы именно к нему хотели попасть?

Екамасова:

- Да. Золотовицкий тогда еще много в фильмах снимался, я прямо смотрела и очень хотела у него учиться, но, к сожалению, я ни одного тура не смогла у него пройти.

Антонян:

- А вы до него до самого-то добирались?

Екамасова:

- Да, он слушал, приходил, сам лично слушал.

Антонян:

- Но забраковывал постоянно по каким-то причинам, да?

Екамасова:

- Мне кажется, я никогда не была готова до конца при поступлении. То есть, потом, когда я сидела на вступительных экзаменах, уже будучи студенткой, всегда сразу видно, кто заходит и ты видишь как бы человека…. У меня тогда были метания между театральным училищем и музыкальным и я как-то вот до конца этому не отдавалась. Но, собственно говоря, когда на «Нике» мы встретились…

Антонян:

- Он не говорил – вернись, я все прощу…

Екамасова:

- На банкете мы потом очень долго смеялись. Он говорил – Даша, ну как же так… Но, с другой стороны, мы пришли к выводу, что, слава богу, что я к нему тогда не поступила, а поступила к Александру Шалвовичу Пороховщикову и что в моей жизни все именно так сложилось. Да и вообще – все, что делается, все к лучшему.

Антонян:

- Насколько ожидаемо было получение «Ники» вами? Вы готовы были морально? Вы знали, что фильм настолько серьезный, тем более, до этого вы уже одну награду получили как раз за картину «Жила-была одна баба». Награда была «Белый слон»?

Дарья Екамасова в фильме «Жила-была одна баба»

Дарья Екамасова в фильме «Жила-была одна баба»

Екамасова:

- Да, была награда «Белый слон» - не менее приятная, чем «Ника», награда. Но, честно говоря, «Нику», конечно, очень хотелось получить, не буду врать. Но перед церемонией я услышала рядом разговор, что нет, типа, «баба» не возьмет, возьмет другой фильм все премии…

Антонян:

- То есть, для вас это действительно была неожиданность?

Екамасова:

- Да, это была неожиданность. Причем, когда я «Белого слона» получала, я понимала по взглядам, по тому, как со мной говорили, как меня посадили, я понимала, что что-то мы возьмем точно. А тут было как-то все очень спокойно, непринужденно.

Антонян:

- Для вас эта заслуга – она как стимул двигаться или вы уже как заслуженный мэтр отечественного кинематографа…

Екамасова:

- Да на самом деле это как… Конечно, приятно получить эту награду, но это определенная планка, наверное, ниже которой потом не хотелось бы опускаться и хочется, чтобы все роли потом соответствовали этому. Но, тем не менее, как бы хорошие работы и награды – это две немного полярные вещи и как бы никогда не променяешь интересную роль на какие-то вот эти награды.

Антонян:

- А если говорить о фильме «Жила-была одна баба» - вы считаете его на сегодняшний день основным?

Екамасова:

- Ну, можно сказать, что это моя визитная карточка сейчас, потому что это первая моя такая большая, яркая роль, но я очень надеюсь, что не последняя.

Антонян:

- Как вы попали в эту картину?

Екамасова:

- Замечательная ассистентка по актерам Тина Туманишвили показала мою фотографию Андрею Сергеевичу, меня вызвали, мы поговорили, он узнал, сколько мне лет, а мне на тот момент было 23, и меня отправили домой – сказали, деточка, ты еще слишком юная для этой роли, я хочу артистку постарше, хотя бы лет 30-ти. Но, тем не менее, мне прислали сценарий и спустя несколько дней позвонили и сказали, что Смирнов все-таки решил меня попробовать.

Антонян:

- Дали шанс проявить себя?

Екамасова:

- Да. Два месяца шли пробы и в итоге меня утвердили.

Антонян:

- Хорошо хоть, что не пять лет, как вы в ГИТИС поступали.

Екамасова:

- Ну да. Собственно говоря, я понимаю, что что-то действительно серьезное в этой профессии никогда просто не дается.

Антонян:

- Вы играли с именитыми актерами, в том числе, и с Шевчуком – такого духовного плана человек, такой насыщенный…

Екамасова:

- Да, вы правильно сейчас сказали, что духовное воспитание на этой картине я получила колоссальное. Конечно, параллельно я получала и актерскую школу, которую я, может быть, не до конца из-за съемок получила в ГИТИСе. Меня потрясающие партнеры окружали. Когда я узнала, кто со мной будет сниматься, я ходила, хлопала глазами…

Антонян:

- Не смущало это на съемках? Ну, я – молодая начинающая актриса, а рядом – Нина Русланова?

Кадр из фильма «Жила-была одна баба»

Кадр из фильма «Жила-была одна баба»

Екамасова:

- Вы знаете, мне со всех сторон говорили – как ты будешь с такими актерами, они будут давить, но я не понимала, что такое давить в нашей профессии и как-то мне, наоборот, было интересно и здорово, что вот все мы здесь собрались, живем вместе, делаем общее дело. И я как-то рассматривала это как такое большое приключение. То есть, я как-то до конца даже не понимала меру и степень ответственности, которые на мои плечи положили, пока однажды Нина Ивановна за ужином не взяла меня за плечи и не сказала – Даша, с завтрашнего дня ты начинаешь закаляться, скоро зимние съемки, ты должна понимать, что у нас у всех одно сердце, а у тебя два. Потому что, что бы ни случилось, ты должна до конца пройти с ясным взглядом и горячим сердцем эту картину. Поэтому пей витамины, следи за здоровьем и вся ответственность висит только на тебе. И вот тогда у меня что-то ёкнуло и я поняла – ё-моё, ведь действительно надо как-то все это до конца пронести на своих плечах.

Антонян:

- Но фильм моментами такой жесткий. Вас там и плетью так походили… Вообще были какие-то болевые ощущения или это бутафорское все было?

Екамасова:

- Несмотря на то, что у меня была, конечно, защита каскадерская, но, конечно, и травмы были немаленькие. Сотрясение мозга я в конце получила, там буквально за неделю до окончания съемок.

Антонян:

- Вы неудачно сделали трюк какой-то?

Екамасова:

- Да, в конце, когда моя героиня падает, я прямо головой очень сильно билась и невозможно была там ничем прикрыться и ничего подложить. И лошадь меня кусала, и глаз я царапала, и корова мне на ногу наступала…

Антонян:

- Это такая настоящая уже проверка водой, огнем и медными трубами?

Екамасова:

- Я думаю, что все еще впереди. Это определенная школа, это определенная такая закалка и я понимаю, что мне теперь ничего не страшно. То есть, несмотря на то, что меня там оберегали со всех сторон… вот, кстати, «Жестокие игры» вы затронули, я как раз на «Жестоких играх» это поняла.

Антонян:

- Это было уже после, я так понимаю?

Екамасова:

- Да. Но именно на «Жестоких играх» я поняла в какой-то момент, что у человека в какой-то критической ситуации включаются атомные возможности организма. Когда абсолютно человек не подготовленный физически, я, к примеру, далеко не спортсменка, но там какой-то внутренний движок у тебя включается, когда ты идешь дальше, когда хочется вот так спрятаться, глаза закрыть и куда-то уйти в себя и сказать – все, до свидания, я поехала домой, ты начинаешь просто идти напролом.

Антонян:

- Вы этого не сделали и вот теперь нам понятна история, почему вы пять лет поступали, почему вы от начала до конца прошли съемки в фильме «Жила-была одна баба» и вас ничего не смущало. А еще такой вопрос – на церемонии вручения «Ника» состоялся монолог или диалог ведущих Ксении Собчак и Чулпан Хаматовой. Вот это смешение политики и искусства, в вашем понимании, оно вообще логично, нормально или без этого в современной жизни уже никак?

Екамасова:

- Я человек далеко аполитичный. Хотя я уважаю женщин, которые разбираются в политике и понимают тонкости и многогранности всего этого. Я считаю, что Чулпан идет правильной дорогой. И вместо того, чтобы лезть в политику, она именно делом доказывает, что нужно помогать детям… Помогать – ключевое слово, мне кажется.

Антонян:

- Не могу обойти стороной наводнение, которое постигло Краснодарский край. Скажите, в Крымск, например, отправилась супермодель Наталья Водянова, у вас не было желания с коллегами, может быть, отправиться туда с гуманитарной помощью, просто с психологической поддержкой?

Екамасова:

- Мы были буквально в 40 километрах от места трагедии, на кинофестивале в «Орленке» и вот Игорь Бачурин, Федор Бондарчук тут же оперативно организовали целый самолет и туда отправили. Я знаю, что моя мама – она заведующая детского сада – они тоже собирали помощь… Очень активно как-то люди искусства подключились к этому всему.

Антонян:

- Даша, а вы сентиментальный человек? Вы можете расплакаться? Не по роли, а, пересматривая какую-нибудь киноленту?

Екамасова:

- Вот «Титаник» я сто раз смотрела и сто раз плакала. «Достучаться до небес» я смотрела миллион раз... Меня можно растрогать детьми, фильмами, животными. В жизни, мне кажется, я иногда даже бываю немного жесткой, что ли, и категоричной.

Антонян:

- Читал, что вы видите себя в будущем обязательно в работе с детьми, так ли это?

Екамасова:

- Да, я педагог по фортепиано и очень хочу преподавать музыку.

Антонян:

- Какой вы видите, в таком случае, свою семью?

Екамасова:

- Конечно, чем больше детей, тем лучше. Как минимум, двое. Я считаю, что надо продолжать род. И я вижу большой, теплый, уютный дом. Это много животных обязательно. Собаки, лошади, птицы.

Антонян:

- Ну, это уже загородный дом должен быть. Пусть кошки тогда уже будут…

Екамасова:

- Да, кошки. Мне снились, кстати, сегодня кошки.

Антонян:

- А как вы относитесь к дружбе мужчины и женщины? Есть она или нет?

Екамасова:

- До определенного момента я всегда кричала, что есть. Но, к сожалению, жизненный опыт показывает, что она не всегда честной получается, все равно кто-то в итоге влюбляется. Хотя я вообще верю в дружбу и я верю в дружбу, допустим, семьями, в дружбу парами… Но именно когда два молодых человека реально дружат, им интересно друг с другом и они хотят быть вместе, ведь что такое дружба…

Антонян:

- На этом можно поставить многоточие, потому что точек здесь не будет. У нас сегодня в гостях в «Беседке» была актриса театра и кино, очаровательная Дарья Екамасова. Спасибо вам большое.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ