2016-07-14T10:30:19+03:00

Герман Стерлигов хочет радикально преобразовать Россию

Мультимиллионер предлагает ввести в международное право понятие «экологический терроризм»

00:00
00:00

Герман Стерлигов: «Мы мутируем. Насчет яда, который давали королям, это информация, кстати, сильно преувеличена. А нас травят, как крыс. Мы уже мрем. Умерли сотни миллионов людей от фукусим, чернобылей, мексиканских заливов, от генномодифицированной пищи, от раков. Рак, как болезнь, появилась в новейшее время, СПИД. Это болезни – результат работы ученых. Их открытий. И счет на жертвы сотни миллионов людей. Они убили сотни миллионов людей, а мы не убили ни одного ученого. И нам надо менять международного законодательство. И вводить понятие «экологического терроризма» в международное право».

Гости – Герман Стерлигов, предприниматель; Геннадий Гудков, заместитель председателя Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции; Денис Визгалов, руководитель сектора «Социальная политика и общественные коммуникации» Института экономики города. Ведущий – Михаил Антонов.

Антонов:

– Дорогие друзья! У нас в гостях Герман Стерлигов, овцевод. Он не нарушил мораторий, который опубликован на его сайте.

Стерлигов:

– Я отношусь к смелым людям с уважением, и к Сунгоркину в частности, к вашему главному редактору, который осмелился поднять темы по новой экологической доктрине, по спасению экологии планеты, чем вызвал на себя какие-то возможные неприятности. И тут же не могу не выразить уважение «Российской газете», которая сегодня дала большой материал на эту тему.

Антонов:

– Помимо этого Герман Львович у нас председатель правления благотворительного фонда «Содействие и развитие культуры». Оппонент или сторонник, мы сейчас узнаем, Денис Визгалов, руководитель сектора «Социальная политика и общественные коммуникации» Института экономики города. Новая экологическая доктрина экологической партии России.

Стерлигов:

– Учредительный съезд состоится в понедельник в Доме журналистов на Никитском бульваре.

Антонов:

– Я прочитал это в формате распечатанного текста. Читается, как фантастика.

Стерлигов:

– Квинтэссенция новой экологической доктрины – это либо ученые уничтожат человечество, либо человечество уничтожит ученых, которые уничтожают человечество. В этом вся суть. И в этом отличие от всех прочих экологических движений, которые созданы были еще Ротшильдами, чтобы осуществлять рэкет над тысячами предприятий, с одной стороны. С другой, существовать, как дымовая завеса для того, чтобы прикрывать преступления транснациональных компаний. Видимостью борьбы с ними.

Антонов:

– Вы имеете наиболее известные экологические…

Стерлигов:

– «Гринпис» и прочие. Их основной смысл в чем? Они говорят о штрафах за уничтожение окружающей среды. А что такое штраф, переводя на русские язык? Это делить те деньги, которые получаются от уничтожения окружающей среды. Экологи хотят быть в доле. Это как моего сына кто-то будет травить, а я буду ему говорить, ты мне денег немного заплати и трави дальше. Такая в целом у нас борьба за экологию. Нам надо создать правдивую альтернативу этому ротшильдовскому международному обману и создать новые международные структуры, которые являются адекватным ответом на вызовы двадцать первого века. А основной вызов и единственный – мы скоро все погибнем. Если не остановим разнузданную вакханалию безответственного научного прогресса.

Антонов:

– Не могу не вспомнить королей восемнадцатого века во Франции, которым с младенчества давали яд, и те к взрослым годам вырабатывали иммунитет. Может, и мы выработаем иммунитет?

Стерлигов:

– Мы мутируем. Насчет яда, который давали королям, это информация, кстати, сильно преувеличена. А нас травят, как крыс. Мы уже мрем. Умерли сотни миллионов людей от фукусим, чернобылей, мексиканских заливов, от генномодицированной пищи, от раков. Рак, как болезнь, появилась в новейшее время, СПИД. Это болезни – результат работы ученых. Их открытий. И счет на жертвы сотни миллионов людей. Они убили сотни миллионов людей, а мы не убили ни одного ученого. И нам надо менять международного законодательство. И вводить понятие «экологического терроризма» вы международное право.

Антонов:

– Как и экологического трибунала.

Стерлигов:

– И для экологических террористов снимать мораторий на смертную казнь. Знаете, как Кюри однажды спросили: а вы не боитесь, что от ваших изобретений погибнут миллионы людей? Он улыбнулся и ответил: «Вы не представляете, какая увлекательная наука физика!». Вот уже миллионы людей от Кюри погибли.

Антонов:

– Равно, как и от Нобеля, от Сахарова

Стерлигов:

– Конечно. Они, как взбесившиеся собаки. Им безразличны люди, планета, природа. Их можно только уничтожить. Их нельзя перевоспитать.

Визгалов:

– Я не прости спасения природы…

Антонов:

– У вас сейчас было выражение ужаса на лице…

Визгалов:

– Не ужаса. Скорее, замешательства. Очень трудно реагировать на поток мыслей, когда так много всего нового слышишь. И это требует переваривания. Я вчера почитал статью Германа Львовича, и успел полистать доктрину его. Я не против спасения природы. Но средства, которые предлагаются, они совсем не уместны и неадекватны. Мне кажется, феномен Германа Львовича состоит в его эксцентричности. Мне кажется, что это самое главное, что привлекает внимание.

Стерлигов:

– Переведите слово «эксцентричность», а то непонятно, чем вы меня назвали.

Визгалов:

– Давайте выработаем некоторые правила нашей беседы.

Стерлигов:

– Вы меня назвали эксцентричным.

Визгалов:

– Это значит, ненормальный в буквальном смысле слова. Выделяющийся на фоне других, необычный, эпатажный, жутковатый, странный. Такой набор слов. И, мне кажется, это привлекает наибольшее внимание к его идеям, книгам, доктринам, сайту и так далее. Его картина мира настолько отличается от нашей привычной, что это привлекает огромное внимание. Знаете, это очень похоже… В студию собирают людей-экспертов. Мы ставим перед вами этот предмет. Давайте на сегодняшней встрече обсудим, какого он цвета. Эксперты говорят: красного, оранжевого. А третий говорит: 49. Мы о цвете вас спрашиваем! Нет, 49. Надо же! Какой оригинальный подход!

Стерлигов:

– Пять баллов! Правильно!

Визгалов:

– Думаю, это главная причина важности этих идей. Это продукт постмодернизма типичный. Абсолютно новый взгляд на вещи и это привлекает внимание.

Антонов:

– Я сейчас стараюсь быть просто ведущим… Я не на стороне Германа Львовича. Но Леонардо да Винчи тоже называли эксцентричным…

Визгалов:

– Да.

Антонов:

– За его изобретения, за безумный парашют, летательную простыню. Какие-то странные исследования проводил. Но история показала, что он гений.

Визгалов:

– Может, через пятьдесят лет нам будущее покажет, что он гений. Пока этого как-то незаметно.

Стерлигов:

– Предлагаю разговор перевести в практическую плоскость. Без анализа, кто и в какой степени гений, неконструктивно. У нас с чего началось понимание, откуда выросли ноги у опасности, у меня лично и моей семьи. Мы начали читать древние летописи. Лицевой летописный свод Ивана Грозного. А это история человечества от сотворения мира до шестнадцатого века всех времен и народов. Всех королей, царей, всех стран и цивилизаций. И прочитав, мы обнаружили, что люди жили очень хорошо. Никакого мрачного средневековья не было, рабовладельческого строя не было, каменного века не было и все это вранье. Нас обманули, что до нас была мрачная, страшная и неинтересная жизнь. И больная очень. Все там болели, умирали. Все вранье. Люди жили долго, оказывается, были очень здоровыми. И болезни практически не знали. Эпидемии, когда господь посылал, посылались за какие-то страшные грехи, и приходилось это раз на триста лет. Человечество все время множилось. Его становилось больше и больше. Люди передвигались по всей планете на лошадях. Князья, цари и простолюдины. Средиземноморье… Знаете, на ком был основной туристический бизнес? На русских крестьянах. Крестьяне ездили отдыхать. Машин и самолетов не был. И все прекрасно передвигались. А меня с детства учили, что люди начали передвигаться, только когда самолеты и машины появились.

И когда мы стали читать эти летописи, когда мы стали узнавать, как нас обманывали с детства политическими штампами и идеологическими придумками, начиная от Ломоносова, Карамзина и кончая большевиками, мы стали приходить в себя. И мы увидели, какой жизни нас лишили. А взамен нас лишили здоровой пищи, здоровых детей, чистой воды и так далее. Взамен дали машинку вместо лошади, стиральную машинку, телефон мобильный, микроволновую печь.

Антонов:

– К нас присоединился Геннадий Гудков, зам.председателя комитета Госдумы по безопасности.

Стерлигов:

– А это небезопасно…

Геннадий Гудков, заместитель председателя Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Фото: Евгения ГУСЕВА

Геннадий Гудков, заместитель председателя Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупцииФото: Евгения ГУСЕВА

Гудков:

– Добрый вечер! Я жертва того, что перечисляет Герман Стерлигов. Пробки…

Технический прогресс остановить невозможно. И, безусловно, он отнимает у нас чистую воду, зеленую травку и так далее. Правда, отнимает пока у нас. Те страны, которые переросли это, у них давно уже зеленая травка, шикарные парки, прекрасные игровые площадки и спортивные, очень чистая вода и качественная пища.

Когда я выезжаю за рубеж, я пью там пиво, ем салаты… Знаете, а там не поправляюсь. Совершенно другое качество пищи. А мы с вами подзадержались в этом периоде. У нас некачественный воздух, безобразная вода, ужасные медицинские условия. Конечно, мы страдаем сегодня от благ цивилизации в десятки раз больше, чем от них страдают те страны, которые уже научились сохранять природу. Но они не отказались от благ цивилизации. Они просто сумели их сделать экологичными, приспособиться. Блага цивилизации сегодня дают не только рост продолжительности жизни. Почему раньше катались на лошадях? А был естественный отбор. В семье из 10 детей выживали четыре. Пять в лучшем случае. И мы, безусловно, имеем технические прогресс, который в ближайшее время произведет революцию и увеличит срок нашей жизни на много десятков лет. Ради этого стоит развивать цивилизацию.

Антонов:

– Это красивая утопия. Герман Стерлигов – это Томас Мор своего времени…

Гудков:

– Желаю ему удачи. Мы все заинтересованы в сохранении истоков нашей жизни.

Антонов:

– Можно жить в симбиозе урбанистического государства? Кто хочет, тот клонируется, кто хочет – генномодифицируется, а кто хочет, как вы, разводит овец, выращивает экологически чистую пищу. И плевать на тех, кто свое здоровье и жизнь губит где-то в мегаполисах…

Стерлигов:

– Мне прежде хотелось проиллюстрировать рассуждения уважаемого мною господина Гудкова несколькими цивилизованными странами. Это яркий пример – Япония. Достижения ее налицо. Японию по телевизору уже не показывают. Показывать там нечего. Значительная часть территории тупо облучена, остальная пытается сделать так, что пересечение инфраструктур экономический и сельскохозяйственной на заражали оставшуюся часть территории. Пострадавшая Корея, побережье Китая и так далее тоже можно говорить. Но жалко времени. США – следующая по степени цивилизованности страна, которой уже тоже пришел счет за дешевую электроэнергию и так далее. Справа Мексиканский залив. Побережья Флориды не существует. Это мертвая зона. Это достижение научно-технического прогресса. Справа к Калифорнии подплывают остатки Фукусимы. По божьей справедливости, кстати. Потому что Фукусиму строили именно американцы. И сейчас, ссылаясь на американских сенаторов, которые говорят, что нет выхода. И они ничего не смогут сделать. Экологическая катастрофа произошла. Все побережье будет фонить. Отходы с Фукусимы и днями приплывают к Калифорнии. Центр США, Миссисипи. Великая река типа нашей Волги. Почти не говорят о том, что там случилась катастрофа несколько месяцев назад. Там разбился танкер, который перевозил огромное количество нефти. Миссисипи в центральной ее части практически уничтожена. На какое время, никто не знает… Новая Зеландия. Экологическая катастрофа. Вся травка генномодифицированная. Вывезти не могут. Всего 10 лет назад засадили это дерьмо, извините, и все. У нам приезжают новозеландцы и говорят, что хоть в Россию перебирайся. Мясо есть нельзя. Плоды, все не пойми, какие последствия. Каждое новозеландское дерево, там очень компактно все, посыпалось огромными слоями химии. Любой новозеландский фермер вам расскажет. Потому что без химии ничего уже не плодило. И новозеландскую пищу нельзя есть последние двадцать лет. Это достижения цивилизованного мира.

Мы, слава богу, еще не дожили до этих достижений. У нас, милостью божьей, все эти двадцать лет была мощная коррупция. И поэтому огромные деньги, которые шли из-за рубежа, чтобы строить здесь вредные предприятия, чтобы выводить из Европы и США, в том числе атомные электростанции, все были разворованы и выведены обратно. И, конечно, Госдеп США возмущен нашей коррупцией. У нас не построено ничего практически. Ни одного вредного предприятия. Есть отдельные недостатки. У нас захораниваются ядерные отходы. С этим надо бороться. Недостатков много. У нас очень хорошая ситуация с экологией по сравнению с Америкой, с Японией и Новой Зеландией или Европой.

Антонов:

– Герман Львович сказал в одном интервью: «Кстати, считаю, что вступление в ВТО для экологии хорошо. Потому что у нас остановится тысяча никому не нужных предприятий». Я люблю читать не очень умную литературу. Например, проект «Метро 2033», который рассказывает о том, как в результате ядерного взрыва люди спаслись только в метро. А через какое-то время вышли на поверхность, а землю заселили разные гады мутировавшие. И поняли люди, что места им на земле нет. Прочитав это все и вдохновившись, человек, который привык ездить на автомобиле и заливать быстрорастворимую лапшу водой из-под крана, не знаю, что его может сподвигнуть от всего этого отказаться. Денис, вы поедете в Сибири, в сруб, на чистый воздух?

Визгалов:

– Я очень много путешествую по стране и по миру. Но чтобы переехать туда жить, конечно, нет. Город – это великая ценность. Это все в нашей жизни. Все лучшее, что сегодня получает человечество, оно получает из города. Все инновации приходит сначала в город, рождается в городе и постепенно по иерархии населенных пунктов перетекает куда-то вниз, к почве. И все, чем мы сегодня пользуемся, интернет тот же самый, типография, где отпечатана вот эта книга, это все произведено городом. Другое дело, что это раздражает жителей села, потому что есть некая асимметрия в производстве благ. Город потребляет, как на грех, все материальное. Творог, муку, воду, хлеб. А производит все нематериальное: услуги, ценные советы какие-то, управление, знания. И рождается ощущение несправедливости. Производит все это, ничего не делая. А живет за наш счет. Эксплуатируя, пользуясь не своими знаниями и талантами, а эксплуатируя сельскую пасторальную местность.

Антонов:

– Давайте все уйдем из городов!

Денис Визгалов, руководитель сектора «Социальная политика и общественные коммуникации»

Денис Визгалов, руководитель сектора «Социальная политика и общественные коммуникации»

Визгалов:

– Что мешает людям сегодня переселяться в сельскую местность? Почему мы не видим массового оттока людей из городов? Наоборот, человек, выросший в селе, стремится после школы закрепиться в большом городе. Потому что больше возможности для реализации, образования, легче найти жену и так далее.

Антонов:

– Еще Борис Можаев писал в 70-е, что молодежь уезжает из деревни. Герман Львович, если почитать вас, то экология должна быть с кулаками. Вы предлагаете экологических террористов казнить.

Стерлигов:

– Неправильно. Мы предлагаем расценивать деятельность и приравнивать ее к экологическому терроризму, прежде всего, деятельность ученых. Фундаментальные исследования по физике, химии, генетике, структуре воды. Что смертельно опасно для существования человечества. Экологические террористы в нашем понимании – это не исполнители, не бизнесмены и не государственные деятели. Врачи-убийцы. Взять трансплантологию. Это же убийцы! За деньги!

Антонов:

– Пахнуло 53-м годом…

Стерлигов:

– Тогда не было этого безобразия – сатанизма. Это берут у человека орган и за деньги пересаживают другому человеку.

Антонов:

– А если у умершего?

Стерлигов:

– Не будьте таким наивным. От трупа орган никому не нужны. Я вам как сын профессора педиатрии сообщаю. Органы нужны только от живого человека.

Я предлагаю перейти от описания ужасов последствий всякой науки к механизмам, как нам сделать так, чтобы мы выжили. Нам нужно создавать рабочие структуры, межгосударственные структуры, внутринациональная победа над экологическим терроризмом невозможна. Экологические проблемы не знают границ. Как Фукусима и Мексиканский залив, испортивший Гольфстрим, не знает границ по последствиям. И надо делать межгосударственное новое образование либо рядом с ООН, либо на месте ООН. Потому что ООН создано для других целей. И ни одной межгосударственной структуре, которая борется за экологию на планете, не существует. Мы все гибнем хором. А рабочей структуры, которая может защитить нас от тех страшных людей, которые нас губят. Это ведь люди нас губят! Особенно с генной модификацией. Тут нет обратной дороги. Я живу на селе, а вы живете своей жизнью…

Антонов:

– Кстати, а вы себя чувствуете в безопасности?

Стерлигов:

– Нет. Взять генную модификацию. Идет перекрестное опыление растений и скрещивание перекрестное животных. И мутанты, которых придумали проклятые ученые, допустим, козы, которых придумали в Белоруссии, там уже пять лет вживляют козе ген человека, эти мутанты скрещиваются с обычными козами и всегда получаются мутанты. Никогда из скрещивания мутанта с обычным существом не получится нормальное существо. И никто не знает, во что мутация выльется.

Антонов:

– А грейпфрут?

Стерлигов:

– Я не знаю, что такое грейпфрут. Он у нас не растет.

Антонов:

– По сути, Мичурин был преступником…

Стерлигов:

– Конечно. Все те, кто портил то, что создал бог, в Священном писании запрещено скрещивание разных видов. Это признается колдовством! И там же есть заповедь: не оставь вражей в живых, это заповедь бога живого.

Антонов:

– Немного кровожадно звучит…

Стерлигов:

– Это не ко мне. Это к Господу.

Визгалов:

– Спасение природы требует каких-то жертв.

Стерлигов:

– Это не жертва! Те, кто убивает наших детей и нас с вами, они заслуживают смерти!

Гудков:

– Я по натуре философ… Конечно, на этом этапе развития человечества, безусловно, мы имеем очень серьезные издержки от разрушения среды обитания. Безусловно, идет вырождение генотипа человека с точки зрения того, что нарушение в генном коде дают очень большое число заболеваний. Правда, медики научились многие заболевания преодолевать, но тем не менее. Без медиков и без определенных условий люди плохо смогут существовать. В дикой природе они не выживут. Есть и разрушения экологического баланса. Я понимаю озабоченность Германа Львовича. Но надо четко понимать, что это временное явление. И развитие науки ведь идет в каком направлении? Главное – это изучить природу, самого человека. Генный код уже расшифрован. И это дает огромные возможности в будущем, в том числе для замены человеческой ткани, резкого и качественного ее улучшения с неограниченным продлением жизни. И полной защищенности от болезней. Я разговаривал с учеными и академиками по этой теме. Понятно, что могут появиться новые вирусы и бактерии…

Стерлигов:

– Вот этих профессоров и надо казнить!

Гудков:

– Все равно рано или поздно все придет к тому, что, конечно, человеческая биологическая ткань, которая крайне уязвима, будет меняться эта ткань. И будут предприниматься иные шаги для того, чтобы разум и цивилизация получила совершенные возможности.

Сегодня прорывные исследования в области владения новыми видами энергии. Ведь мы – цивилизация, не владеющая энергиями. Мы не способны остановить цунами, поправить течение Гольфстрима или остановить грозу…

Антонов:

– Мы и с природой не в ладах…

Гудков:

– Да. Конечно, сейчас идут прорывные исследования в области энергетики. Скоро исчезнут газ и уголь. Они будет заменяться на более экологичные и безвредные источники энергии. Мы находимся в очень неблагоприятном периоде, который в нашей стране усугубляется еще и огромным количеством нарушений, которых мы обязаны были избежать. Коррупция, хищнические уничтожение природных ресурсов, безалаберность, безобразное правовое регулирование. Это все есть. Если мы возьмем тот же Лондон и Москву, по экологии сравнение будет не в нашу пользу.

Звонок:

– Здравствуйте! Я согласен с Германом Львовичем. Я десять лет отслужил в сельском хозяйстве врачом. Скот из Германии, Голландии, когда привозился в Россию, они умирали, они не привыкли. Они там на искусственном…

Антонов:

– Герман Львович, у вас много сторонников?

Стерлигов:

– Да. У нас во всем мире очень много сторонников. Я сейчас вернулся с Балкан. Докладывал нашу новую экологическую доктрину в государственных университетах Черногории и Софии. Несколько дней приехал из Санкт-Петербургского университета. Нам там даже выделили помещение для нашей деятельности. Поддержка ответственного научного сообщества налицо. Те демоны, типа Кюри, Сахарова и так далее, которым были безразлично человечество, и была нужна демонская слава… Тесла, Эдисон – они сами себя называли колдунами всегда! Это мы их называем учеными, потому что такая идеология сейчас в мире. Загадили нам головы идеологическими штампами!

Это очень опасно. Господин Гудков, когда мы вольно или невольно проповедуем смертельно опасные для других людей вещи, такие, как искусственные синтетические ткани для человека и так далее, это господь нас наказывает нашими семьями, как правило. Я вам говорю, как православный христианин. Это очень опасно.

Антонов:

– Геннадий Владимирович, по ВТО…

Гудков:

– Конечно, прекрасно было бы остановить все производство, закрыть дороги, остановить машины и так далее. Это невозможно. И надо четко понимать, что закрытие предприятий. Надо выбирать: либо нам сохранять вредные, но производства, которые кормят наши семьи, либо помирать от голодной смерти, закрывая эти предприятия.

Стерлигов:

– Либо расселять мегаполисы в срочном порядке!

Гудков:

– При всем уважении к вашей доктрине, никто в прошлое не захочет вернуться.

Стерлигов:

– Это будущее!

Гудков:

– Стирать белье в проруби…

Стерлигов:

– Никто никогда не стирал белье в проруби! Это легенда!

Гудков:

– Я стирал белье в проруби!

Стерлигов:

– Потому что у вас не было русской печки!

Гудков:

– У нас все было…

Стерлигов:

– Это от плохой жизни. Я вам про сортиры скажу.

Гудков:

– Сортиры на улице…

Стерлигов:

– Это очень важный момент. Люди никогда не ходили в сортиры на улице! Кроме советского периода. Потому, что это было страшно рабское существование, когда у людей не было скотины. Всегда ходили, к дому был пристроен двор. И из дома был вход на двор. И на втором этаже была дырка и стул стоял венский. И люди в прекрасном теплом туалете, безо всякой канализации ходили в туалет. И все это смешивалось с навозом скотины, которая стояла внизу. И все одновременно обогревала.

Гудков:

– Кстати, при смешении двух компонентов человеческих отходов образуется 36 очень вредных и даже смертельно опасных…

Стерлигов:

– Не верьте этим колдунам-ученым! Они специально это делают, чтобы мы не жили нормальной жизнью!

Антонов:

– Спасибо! Герман Стерлигов, Геннадий Гудков, Денис Визгалов. У Дениса все на лице написано… Прочитайте. Свое мнение у вас обязательно появится. Спасибо, что слушали.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ