Политика

Как «Комсомолка» поздравила с Новым годом детей на передовой под носом украинских снайперов (Часть 2)

Донецкая «Комсомолка» с блондинкой за рулём стареньких «жигулей» поехала туда, куда не ступает нога наблюдателей ОБСЕ
«Комсомолка» поздравила с Новым годом детей на передовой под носом украинских снайперов

«Комсомолка» поздравила с Новым годом детей на передовой под носом украинских снайперов

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ, Павел ХАНАРИН

Продолжение. Начало здесь.

В дороге выясняется, что специалист по связам с общественностью отряда «Легион», а сегодня наша отчаянная водитель Юлия Мадидила - мама троих детей. Девочки-близняшки ходят в первый класс, а малышка – в ясли. Все они ждут ее возвращения, ведь забрать их из школы и садика просто некому – так получилось, что Юля-вдова, воспитывает детвору сама. Всю дорогу Юля развлекает нас рассказами о проделках своих дочек. А мы наконец понимаем происхождение игрушек и фантиков в машине. А еще смешной лупоглазой лягушки на передней панели, которой Юля то и дело протирает запотевшее лобовое стекло. То, что многодетная мама вызвалась сама ехать в такое опасное место, куда побоялись соваться и брутальные мужчины, вызывает у нас восхищение ею. Наш человек!

Мы выехали из Донецка и кажется все преграды позади. Как бы не так!

Мы выехали из Донецка и кажется все преграды позади. Как бы не так!

Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Через два часа наша машина стоит у блокпоста на Саханку. Туда никого не пускают, суровые военные смотрят на нас в недоумении и отправляют к другим военным неподалеку.

- А если я возьму и поеду? – спрашивает вызывающе наша водитель. При этом представляется - я ж блондинка!

- Поехать можете, но высока вероятность – вернуться без колес, - спокойно отвечают те.

- Так вернемся же! – говорит Никита Макаренков.

- Знаете, друзья, я семь тысяч за эти колеса отдала, - говорит Юля. – Потому дорожу я ими. Договаривайтесь!

Но нас по – прежнему не пускают.

Наша спасительница Юлия загрузила весь багажник

Наша спасительница Юлия загрузила весь багажник

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ, Павел ХАНАРИН

Договоренность, достигнутая накануне поездки нашей Ольгой Гальской с Эдуардом Басуриным, оказывается под угрозой. Все мы просто кожей ощущаем напряжение - уроки в Саханской школе уже окончились, там дети не идут домой, ждут нас. В багажнике томятся фрукты, сладкие подарки, игрушки... Жидкий серпантин и ёлка, которые в Саханку передал один из магазинов новогодних атрибутов по улице Университетской (на пересечении с проспектом Театральным).

- У нас фрукты сгниют! – в отчаянии говорим военным.

- Ну вы и упертые! Ехали бы отсюда, – в ответ.

Самое печальное из того, что понимаем – дорога в школу и домой для детей очень рискованна. Обстрелы могут начаться в любой момент. Эти дети, как и их ровесники из других прифронтовых районов, обучены, как нужно падать, где укрыться во время прилетов. Вот такие еще уроки получают ребята. 27 панфиловцев – так мы их назвали.

И тут Оля Гальская рассказывает всем свой, еще довоенный разговор со священником.

- Что ж так тяжело все дается, если делаешь хорошее дело?

- А потому, что Господь вас испытывает. Ведь, небось гордитесь – какие вы герои, а это грех. Да и завистники просят небеса помешать вам. Но если дело действительно того стоит – Господь все управит. Как только увидит истинность намерений и вашу твердость не свернуть с пути.

Стало как-то понятней эту «цементную историю», через которую мы прорываемся. Но от понимая не полегчало.

«Комсомолка» поздравила с Новым годом детей на передовой под носом украинских снайперов

«Комсомолка» поздравила с Новым годом детей на передовой под носом украинских снайперов

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ, Павел ХАНАРИН

Саханская подкова – дорога жизни. Или смерти

Оля и Никита снова возвращаются от военных. Идут еще больше расстроенные и на все наши вопросы отвечают: «Сказали ждать».

Звоним еще раз Юлии Сафроновой – сотруднику отдела по работе с личным составом Корпуса ВС ДНР. Она на постоянной связи с Эдуардом Басуриным. Уверяет, что там в Донецке сейчас делают все возможное для нас.

Это так приятно осознавать, будто мы сейчас заблудившиеся космонавты на орбите, но там на Земле это знают и делают все, чтобы мы смогли выполнить свою задачу и вернуться домой. Юлия тоже просит подождать.

Ну, ждать так ждать, хорошо, что вообще не отказали.

Та самая лягушка, которой протирались стекла лобовушки.

Та самая лягушка, которой протирались стекла лобовушки.

Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Мы решаем достать свои тормозки и пообедать, в каждой непонятной ситуации, когда от тебя уже ничего не зависит, лучший выход – это подкрепиться.

Сидим печальные и делимся друг с другом хлебом и колбасой, обжигающими стаканчиками с кофе и чаем, просто жуем, чтобы чем-то заняться.

Кажется, что застряли мы навечно. Детей жалко. Никита на постоянной связи с поселковым головой. Он говорит, что у них тихо, в школе ждут.

И тут звонок.

- Вам разрешили. Сейчас выйдут сопровождающие и отвезут вас только в школу, никаких других адресов! – резко так.

А у нас еще была задумка посетить самых маленьких жителей Саханки и онкобольную женщину, для которой поселковый голова просил купить памперсы.

Но главное – пустили!

Здесь зачатую останавливаются ОБСЕ, прямо - Широкино

Здесь зачатую останавливаются ОБСЕ, прямо - Широкино

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ, Павел ХАНАРИН

К нашей машине подходят два высоченных военных. Один экипирован по полной. С автоматом, броником, каской – так положено. Другой – только с оружием. Это Шубин - самый бывалый из них. Он осматривает «жигуленок» Юли. Особенно колеса, которыми она так гордится.

- Ехать будем по так называемой «подкове», а это опасно. Можно сказать, что под носом у противника. Они заняли сопки, потому мы – как на ладони. Снайперы время от времени постреливают. Другой дороги тут нет, разве что по полям, но это не в такую погоду и не на вашей машине, тут «Урал» нужен, - говорит Шубин. – Мы пойдем впереди, вы не отставайте и не гоните, держите дистанцию. Не бойтесь только!

Нашему водителю Шубин выдает свой броник - ее ответственность за всех нас невероятна высока.

- Он мне два раза жизнь спас, - говорит военный, помогая Юле одеть снаряжение.

Броник Юле выдают перед самой «подковой». (Местные эту дорогу называют дуга). Именно по «подкове» каждый день, под обстрелами из Новоазовска в Саханку везут хлеб.

Прямо – дорога на Широкино, где позиции украинских силовиков. Нам – вправо.

На месте, где мы снаряжали Юлю, время от времени останавливаются наблюдатели ОБСЕ и смотрят вдаль. Дальше – в Саханку, они обычно не проезжают. По «подкове» - не ездят. Опасно.

- Наблюдают, б…! - Обронил военный.

Олю Гальскую бойцы пересадили к себе, чтоб машина Юли полегче была. Это тоже «жигуль». Потрепанный, но какой же быстрый, как мы потом убедились!

Шубин наверняка что – то нашаманил с двигателем, потому как так быстро ну не может старый «жигуль» ехать.

Вот так встречает нас въезд в село.

Вот так встречает нас въезд в село.

Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Едем по «подкове», включив громко какую-то веселую песню, хохочем и подтруниваем друг над другом, чтобы не показывать страха. Говорят, что в таких зонах лучше ехать в полной тишине, чтобы слышать свист снарядов и вовремя укрыться, но напряжение такое, что молчание нам кажется пыткой.

За блокпостом местность выглядит иначе – по бокам от дороги стоят обугленные деревья, их черные стволы на фоне белого снега выглядят жутко, по всей дороге то тут, то там воронки и ни одной машины или пешехода. Как здесь могут жить люди и тем более дети?

Деревья по краям дороги стоят обугленные, а сама дорога - в воронках.

Деревья по краям дороги стоят обугленные, а сама дорога - в воронках.

Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Оля Гальская рассказывает из машины военных:

- Эх, ну как же обидно, ребята! Я сижу сзади, а эти двое (Шубин за рулем) – прямо стена из камуфляжа! Плюс музыка. Я ж ничего не слышу! А Шубин очень интересно рассказывает – где украинские снайперы на сопках засели, где в Саханке бабушку пулей в голову убило, когда она огород полола. Шубину все время звонят. И он спокойно так: «Да, я свожу журналистов. Потом – в морг, потом в магазин ему за новой формой, к родителям его заеду…» Я понимаю – погиб боец.

Шубин говорит – по «подкове» нужно ехать очень быстро, чтоб не схватить снаряд или пулю. Но быстро не получается – Юлин «жигуль» отстает.

Мы время от времени останавливаемся в местах, где нужно лететь. Но русские же своих не бросают! Ждем Юлю и мчимся дальше.

- Она, что, испугалась? – Спрашивает у меня Шубин.

- Нет, - уверенно отвечаю я. Хотя Юлю я увидела впервые, и только позже узнала, что эта потрясающая блондинка на такое расстояние выехала первый раз. И даже дело не в расстоянии, а в место – куда отправилась.

- Вот странные вы, женщины, - философствует Шубин. - Правду скажи, что тут опасно, – вы паникуете и обижаетесь. Медленно едете. Обмани, что все хорошо – за обман обидитесь, а потом запаникуете. Как же жить с вами?

Школа в Саханке. На окнах - белые голуби

Школа в Саханке. На окнах - белые голуби

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ, Павел ХАНАРИН

И вот мы у школы.

Обнимаем друг друга. Довезли и доехали. А в окнах замечаем мордашки ожидающей нас детворы - 27 детей разного возраста - 27 панфиловцев. На самих окнах не снежинки или Деды Морозы, как можно было бы ожидать, а белые голуби – символы мира.

Продолжение следует... Часть 3.

P.S. «Комсомолка» вместе с читателями продолжает дарить подарки детям Донбасса. В канун Рождества мы планируем поехать ещё в одну школу прифронтового посёлка Республики. В этом вы можете нам помочь:

Сбербанк России (Nikita Makarenkov) Номер карточки - 4276 5204 7189 7047

Сбербанк России (Pavel Khanarin) Номер карточки - 4276 5212 8803 2380