Общество

Юрок из Люберец

О своем друге рассказывает бывший формовщик-литейщик Люблинского литейно-механического завода Александр Бувин
Юрий Гагарин в период учебы в ремесленном училище в г. Люберцы. (Фото из фондов РГАНТД)

Юрий Гагарин в период учебы в ремесленном училище в г. Люберцы. (Фото из фондов РГАНТД)

«12 апреля 1961 года в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту». Сообщение ТАСС.

Убежден: в жизни каждого русского человека есть даты, которые каким-либо образом связаны с полетом Юрия Гагарина в космос. Есть такие памятные даты и у меня. 1950 год. Ремесленное училище № 15 металлургов города Москвы при знаменитом заводе «Серп и Молот».

Я, подмосковный деревенский паренек, учусь на формовщика-литейщика фасонной стали. Днем - теория по изучению литейного дела или производственная практика на заводе. А вечером вместо гулянок с девочками в соседнем Лефортовском парке я спешил в большой спортивный зал нашего ремесленного училища. Тут глаза разбегались: что выбрать? Я «пошел в бокс». Мотив определил тренер Акинфеев. Сказал на общем собрании, что мы, мужчины, обязаны в дальнейшем защищать своих любимых девушек и жен от хамов и хулиганов. Такая перспектива пришлась мне по душе. Начал усердно тренироваться. Но вскоре, когда я физически здорово окреп и освоил основные приемы защиты, честный и понимающий тренер выгнал меня из секции бокса. Отвел в сторонку и вежливо не обрадовал:

- Саша, когда тебя, извини, бьют по морде, ты почему-то приветливо улыбаешься своему противнику? Нельзя так! Злости в тебе нет. Спортивной злости. Иди-ка, парень, играть в волейбол или баскетбол. Ты прыгучий, подвижный, наверняка, сгодишься там…

Я перешел к прыгучим баскетболистам и волейболистам. Приняли. Сгодился. Обрадовался. Но занервничал, когда к нам в спортзал стали приезжать наши «сородичи» по литейному делу из РУ № 10 сельхозтехники города Люберцы.

Паренек я был немелкий, не размазня. Но в «межсоседских профессиональных» соревнованиях всегда проигрывал у сетки и у кольца какому-то низкорослому, но чересчур проворному улыбчивому люберецкому пареньку. Тот частенько опережал в борьбе меня и даже наших высоких, «крупнокалиберных» прокатчиков и сталеваров. Шустрый, проворный, юркий, люберецкий пацан умудрялся в решающий момент каким-то чудом проскальзывать меж нами. И забрасывал мяч!

- Чертенок из табакерки! - сокрушались наши рослые баскетболисты, - «Юрок» да и только! Так и прижилась в нашем РУ эта кличка шустрому и юркому пареньку из Люберец – «Юрок». Честно говоря, мне очень хотелось поближе познакомиться с таким необыкновенным и славным моим одногодком из подмосковных Люберец. Помог случай. Презабавный.

Однажды заигрались мы в нашем спортзале допоздна. Ничья да ничья. Решили на том закончить. Без обиды. Закончили, пожали друг другу руки. Успокоились. Но тут вдруг поняли: страшно есть захотелось! Однако наша столовка уже закрылась. А люберецким ребятам и того хуже: им до дома еще целый час добираться. Значит, насчет ужина им вообще ничего не светило…

Как тут быть? Мы, как гостеприимные хозяева, просто-напросто обязаны были накормить наших люберецких друзей-литейщиков. Да и самим заодно хотя бы «червячка заморить». Словом, призадумались, где и как добыть еду?

Совещались недолго. Проблема разрешилась нами, хозяевами, просто и быстро. Всем ремесленникам к общей форменной одежде выдавали красивые, добротные ботинки на целый год. Мы, деревенские ребята, были экономными и практичными людьми. Носили одну обувку два срока. Так что почти у каждого оставались «про запас» новенькие ботинки. Зачем? Одни ребята отсылали этот честный «излишек» в деревню отцу или брату, другие берегли на всякий черный день.

Я сообразил, что вот и настал тот самый «черный» день. Сбегал в камеру хранения, взял свои «сэкономленные» ботинки и сказал всем голодным спортсменам-литейщикам: - Айда на Перовский рынок. Тут рядом. Продадим, перекусим, а заодно и познакомимся поближе!

Ботинки продали, не доходя до рынка. Купили приличную «охапку» белых дивно пахнущих батонов и десяток пачек маргарина.

Присели гуртом на зеленом откосе железнодорожной насыпи и с большим аппетитом «смолотили» всю нашу продуктовую добычу!

Люберецкие повеселели. Мы тоже. Всех потянуло на дружеское откровенное общение. Я подсел к «Юрку» и напрямик спросил:

- Тебя, Юрок, как зовут-то по-настоящему?

Он дружелюбно улыбнулся и ответил:

- Именно так меня и зовут – Юрка.

Удивленно спрашиваю:

- На кого учишься?

- На формовщика-литейщика. Нас почему-то многие «кротами» дразнят. В земле ковыряемся, вот и прозвали так. А у вас?

- У нас то же самое, - рассмеялся и я от схожести ситуации и добавил. - Но мы не обижаемся. Мы, деревенские, к земле привычные. Кстати, я – Сашка Бувин из подмосковной деревни Трехденево.

- Я тоже деревенский, - дожевав батон, отозвался мой собеседник, гжатский я, зовут Юрка Гагарин.

Мы крепко пожали друг другу руки, а мне подумалось: «Фамилия-то у моего спортивного знакомца какая-то птичья»…

1957 год. Поезд Барнаул – Москва. Возвращаюсь домой в Москву с целинных земель, где по комсомольской путевке помогал сибирякам убирать богатый целинный урожай. 3 октября. Мой день рождения. Отметили в моем купе всей бригадой. А утром следующего дня друзья-целинники опять шумно ворвались ко мне, стащили с полки и заорали:

- Бригадир, быстро включай радио! В честь тебя первый спутник земли в космос запущен!

«Разыгрывают, шутники!» - не обиделся я, но на всякий случай радио включил. Слышу позывные спутника: «Пи-пи-пи!» Ликую, радуюсь. Еще бы! Вот еду в Москву за медалью «За освоение целинных и залежных земель» и небывалым подарком ко дню рождения – первым рукотворным спутником Земли! О таком только мечтать можно, а у меня наяву свершилось!

1961 год. Заводское общежитие ЛЛМЗ (Люблинского литейно-механического завода). Комната № 36. Нас четверо выпускников ремесленных училищ: я из РУ №15, со мной живут еще три формовщика из знакомого мне Люберецкого ремесленного училища № 10 – высокий плясун-чечеточник Анатолий Суетинов, тихий, рассудительный Иван Паршиков и заядлый радиолюбитель по прозвищу «Пан». Не помню его фамилии, Панов, кажется. Именно он «заразил» всех нас любовью к сборке своими руками карманных радиоприемников и миниатюрных магнитофонов. Купить такую моднейшую и дефицитную технику нам, молодым, в то время было невозможно. Но иметь это сильно хотелось! Вот и взялись мы с превеликой охотой создавать своими руками эти электронные чудеса.

Головастые ребята из Люберец «достались» мне! При распределении они, оказывается, попросились работать на наш Люблинский литейно-механический завод. Им не отказали, поселили в наше общежитие. При знакомстве в 36-й я спросил: «Вы случайно не знаете такого формовщика-литейщика Юрку Гагарина?». Помню, ребята оживились, заулыбались и горделиво ответили: «В одной группе учились!».

- Чего же тогда не взяли его с собой на наш завод? – сильно посожалел я и объяснил. - Я прекрасно помню вашего шустрого, прыгучего и веселого Юрку Гагарина. Вот бы нам сейчас вместе в одной комнате собраться, а?!.

На мой вопрос Анатолий Суетинов ответил с сожалением и радостью:

- Наш прыгучий Юрка упрыгнул от всех нас так высоко и далеко, что теперь фига с два до него дотянешься – он поступил в летное училище. Летчиком будет!

Итак, утро 12 апреля 1961 года. Заводское общежитие ЛЛМЗ. У нас, обитателей 36-й комнаты, было свободное от работы и учебы в вечерних институте и техникуме время. Да и на наше общее увлечение радиотехникой время находили.

Короче, в это памятное утро мы сидели с паяльниками в руках и дорабатывали схемы электронных поделок. Анатолий Суетинов с «Паном» уже вовсю «гоняли» на своем мини-магнитофоне добытые где-то записи «Битлов», а я все никак не мог запустить свой карманный радиоприемник из-за некачественного высокочастотного транзистора. «Пан» добыл где-то нужный транзистор, подарил мне и пообещал:

- У военных разжился, сработает наверняка!

Помню, припаивал я «военный» транзистор, волновался, нервничал и надеялся: «А вдруг заговорит!?».

И это «вдруг» произошло! Из динамика моего карманного радиоприемника громко, четко и торжественно донеслось: «… выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту. Пилотом-космонавтом космического корабля-спутника «Восток» является гражданин Союза Советских Социалистических Республик летчик майор ГАГАРИН Юрий Алексеевич».

Суетинов подскочил ко мне:

- Кто-кто? Юрий Гагарин? Вань, это же наш Юрка Гагарин!

- Мало ли на Руси Гагариных!? – рассудительно заметил Иван Паршиков.

Чтоб не испортить чудное мгновенье, я убрал от греха подальше свой паяльник и вслушался в разговор моих люберецких соседей. Мне тоже было любопытно: он или не он?

Танцор Толик с гордостью и взахлеб рассказывал, как он учил Юрку Гагарина танцевать вальс-чечетку «Дунайские волны», а благодарный Юрий «подтягивал» Суетинова по математике.

Я же, воспитанный моей набожной бабушкой, тайно молился за благополучное возвращение на Землю нашего общего друга – Юрия Гагарина!

В том, что это был именно «наш» Гагарин, мы окончательно перестали сомневаться, когда утром следующего дня купили в киоске газету «Комсомольская правда» № 88 от 13 апреля 1961 года. А чуть позже я узнал из других газет и по своему карманному радиоприемнику, что гжатский паренек Юрий Гагарин «с отличием окончил ремесленное училище по специальности формовщик-литейщик. Своей профессией Юрий Алексеевич гордился всю жизнь».

Я тоже всегда гордился своей литейной профессией, а теперь после 12 апреля 1961 года, горжусь вдвойне!